«Хотелось домой, поесть и спать», — отвечает Дима Duke на вопрос об эмоциях после похвал от жюри конкурса. На эйфорию сил уже не было. В этот день его записывали последним из участников кастинга. Он приехал в павильон к десяти утра, а его очередь на съемку подошла после десяти вечера. Как танцор из Гродно стал участником самого популярного шоу в Польше, рассказал телеграм-канал «Тетя Ира разрешила».
В Гродно Dima Duke знаком любителям хип-хопа и вог-культуры. Он вел занятия во многих танцевальных школах. Еще не прошло года, как он переехал в Польшу, но Диму уже знают и поздравляют с первыми успехами в новой стране. Три «Да!» на конкурсе «Mam talent!», который почти 20 лет смотрит вся страна, — это не шутка.
Сейчас Диме 35. О том, что у него талант к танцам, он очень долго даже не подозревал.
«Желали, чтобы последние стали первыми»
— [В тот день] я ничего не ел, выпил чашек десять кофе и десять чая. Размялся и потанцевал уже раз пять или десять. Люди показывали свои номера и уходили. Комната ожидания пустела. Я самый последний оставался. Уже хотел просто выступить и пойти домой. Уже не было никакого страха, что я не пройду. Нет. Страшно было только, что буду сниматься еще позже, ночью.
Дима Duke выступал в пятом эпизоде 15 сезона шоу «Mam Talent» — его показали в эфире 30 марта 2024 года. На сайте телеканала TVN, который снимает шоу, его называют танцором Vogue из Слупска — в этом польском городе сейчас живет гродненец.
После съемок и члены жюри, и ведущие говорили Диме, что все супер, и желали, чтобы последние стали первыми.
- Тогда подумал, да, не зря, — говорит Дима. — Не зря здесь сидел 12 часов, не зря ехал, не зря вот тут выступал. Ну, то есть вот было ощущение, что это уже хороший результат.
Конкурс «Mam talent!» — это шоу, где выступают непрофессиональные артисты. Это певцы, танцоры, фокусники, комедианты и другие талантливые люди всех возрастов. Главный приз для победителя — 300 000 злотых (76 тысяч долларов). Телепроект основан на международном формате Got Talent — аналоги выходят во многих странах мира. Премьера «Mam talent!» в Польше состоялась в 2008 году. Дима Duke участвует уже в 15-м сезоне шоу.
В танцы «вытянули за шкирку»
Дима начал танцевать в 17 лет, когда был студентом Гродненского университета имени Янки Купалы и учился на факультете математики и информатики.
— Был уже довольно взрослым человеком. До этого нигде не занимался. Не было у меня никаких ни кружков, ни подготовки, ни какого-то образования профильного по танцам. Просто в университете на конкурсе талантов показал, что я умею импровизировать. А дальше меня просто взяли так за шкирку и сказали: «Будешь ответственным за танцевальный номер у нас на факультете».
Так уже взрослым человеком я понял, что, оказывается, у меня неплохо получается, что, оказывается, есть чувство музыки, есть фантазия. Я начал посещать мастер-классы, начал ходить в профессиональный коллектив, заниматься. Через два года стал тренером. Танцевал хип-хоп, джаз-фан, современные танцы.
День сурка и новые открытия
Со временем этого стало маловато.
— Понял, что уличный стиль, street dance, он сам по себе классный, но имеет определенный формат. Он для меня стал скучным. Мы ездили на все эти чемпионаты, в Минск чаще всего. И каждый раз там было все одно и то же, и выигрывали только те номера и те исполнители, которые просто танцуют четче, быстрее и резче.
Дима называет это время днем сурка.
— Понял, что мне это неинтересно, я хочу как-то развиваться дальше. А потом узнал, что есть такая культура vogue (вог). Ее создали люди из ЛГБТ-сообщества, чернокожие и другие люди не-белого цвета в Америке, в Нью-Йорке. Эта культура стала их «безопасным пространством», спасением от преследований, от дискриминации, способом выразить себя.
Понятно, что в Беларуси у нас реалии были совсем другие, но сам смысл этой культуры, что там вопрос не о танцах, не о команде, и не о том, какие ты делаешь хореографические постановки, а то, что в центре стоит человек и его подача — это привлекло. То есть не важно, какого цвета кожа его, какая сексуальная ориентация, какой гендер. Естественно, я как ЛГБТ-представитель сразу же заинтересовался ею, погрузился в культуру и стал в Гродно организовывать вог-балы. Потом мой партнер уехал в Польшу, и я переехал вместе с ним.
Если пришли и позвали, то почему бы и нет?
В Гродно все было клево и все супер, говорит Дима, но — хотелось расти.
— В Беларуси, к сожалению, в культурном плане сложно развиваться. Есть определенная планка, выше которой ты не прыгнешь. Культурные мероприятия слабо оплачиваются, их сложно организовать. Поехать куда-то сложно, приобрести новый опыт сложно… Я, конечно, ездил на мастер-классы за рубеж. Даже могу похвастаться, что в Париже занял второе место на вог-балу в категории мужской походки. Есть победы на польских вог-балах. Естественно, когда мой партнер нашел работу здесь, я тоже переехал. И так получилось, что прошлой осенью на меня вышли люди, которые ищут таланты для программы «Mam Talent!».
Они сами нашли меня и сами предложили мне там поучаствовать. Я им отправил онлайн-записи, потом онлайн-интервью. И они сказали: «Супер! Прошел! Приезжай к нам, мы хотим тебя сразу снимать». И я говорю: «Ну, почему нет?» Если что-то само приходит тебе в руки, почему бы не пользоваться?
С танцами все? Или все только начинается?
Дима рассказал, что первые месяцы в Польше думал оставить танцы.
— Я здесь проводил три раза мастер-классы, всем очень понравилось, все супер, все классно, но для постоянной группы людей маловато.
Но, как только подумал, что с танцами пора завязывать, прислали приглашение в «Mam Talent!». А еще — пригласили быть судьей на польском вог-балу. А буквально пару недель назад позвали судьей и приглашенным перформером на вог-бал в Швеции.
— То есть я буду выступать и судить, и за это мне еще заплатят деньги. Так что все-таки с танцами завязывать рановато.
Гродно всегда в сердце
Дима называет себя коренным гродненцем и рассказывает, что прожил в Гродно всю жизнь. Только родился он в Германии. Его отец был военным. Когда Диме было две недели от роду, семья переехала в Гродно. И сейчас десять месяцев Дима живет в Польше.
— Две недели и десять месяцев меня там [в Гродно] не было. А так — всю жизнь. Могу считать себя коренным гродненцем. Сначала жил на Фолюше, потом на Поповича, а последние годы уже на Девятовке. Фолюш, Лососянка — это просто мое место силы. Мы все время бегали на Лососянку. Что мы там только не делали! Если была зима, то мы какие-то кораблики на льдины садили, и потом смотрели, как они там плавали. Если весна, то ходили лед разбивать. Летом плавали. Вся жизнь была рядом с этой Лососянкой. Все от мала до велика барахтались там. Потом говорили, что она грязная, что там какие-то кишечные палочки… Не знаю, нам, детям все было параллельно.
О Гродно напоминают кошки и драники
— На самом деле, я скучаю по всем, потому что у меня в Гродно остались друзья, осталась сестра. Я могу и хочу туда приехать. Но самое обидное, что есть большое «но»: граница и расстояние.
Но даже далеко от дома есть вещи, которые напоминают о Гродно:
— С друзьями постоянно общаемся. Еда еще напоминает. Нет-нет, но и какую-то там селедку под шубой сделаем, делаем, или оливьешку, или драники. А в последний раз мы вообще просто селедку сделали с картошкой. Как в Беларуси мы ее делали когда-то — селедку с картошкой и с жареными грибами, — вот это было такое блюдо.
Еще про Гродно кошки напоминают, они обе гродненские. Одну взяли у монашки, а вторую на Щорса, под подъездом вшивую нашли — сидела мяукала — забрали домой.
Там, где сложно, всегда есть плюсы
— Это банальная вещь, но из такого вдохновляющего хотелось бы сказать: не надо бояться меняться и учиться, — говорит Дима.
Он вспоминает, что, переезжая в Польшу, понимал: это другая культура, другой язык, другая страна. Здесь нет документов и нет гражданства — все очень сложно.
— Но есть очень хорошие плюсы, которые зависят даже не от страны, а зависят от человека. Я никогда не учил толком польский язык, но за десять месяцев общения уже могу говорить. Еще пошел в полицеальную школу (техникум для взрослых в польской системе образования. — Прим. ред.) — учусь на массажиста. Мне 35, а я новую профессию изучаю. Оказалось, что мне интересны новые какие-то вещи, о которых никогда даже не думал.
И я пришел к тому, что не надо бояться, нужно делать, нужно пробовать, и если ты будешь делать правильные вещи, то тебя будут находить хорошие люди и хорошие предложения. Наверное, карма все-таки есть. Когда ты делаешь хорошее, оно к тебе возвращается.
