Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Один увлекается тестами, другой «спалился» из-за выборов. Игорь Лосик — об информаторах, которых подсаживают в камеры СИЗО КГБ
  2. США и Израиль планировали нанести удар по Ирану на неделю раньше — вот почему атаку отложили
  3. Рублю прогнозировали непростое начало 2026 года. Тем временем в обменниках сложилась весьма нетипичная ситуация
  4. Рядом с Николаем Лукашенко часто можно видеть одного и того же охранника. Узнали, кто он
  5. «Белавиа» сообщила, что будет с ближайшими рейсами в Израиль, Катар и ОАЭ
  6. После энергетики — логистика: Россия меняет тактику ударов по Украине — ISW
  7. Поляков спросили, какая соседняя страна вызывает у них наибольшую симпатию. Вот что они думают о Беларуси
  8. В Минском районе под колесами поезда погибла 19-летняя девушка
  9. «Не думаю, что могу праздновать». Какие настроения в Тегеране после американско-израильских ударов и гибели Хаменеи
  10. Кто такие аятоллы? Объясняем, почему они главные в Иране и кто может быть следующим
  11. Рейс из Омана, который не долетел до аэропорта назначения, возвращается в Минск — «Белавиа»
  12. Что теперь будет с долларом после эскалации на Ближнем Востоке? Прогноз курсов валют
  13. Скандал в Польше: беларуске во время операции удалили матку и яичники, но не спросили ее согласия. Идет расследование


/

Матери Сергея Тихановского еще не рассказали о том, что ее сын на свободе. Об этом лидерка демсил Светлана Тихановская рассказала «Зеркалу» после пресс-конференции ее супруга в Вильнюсе, 22 июня.

Сергей Тихановский и Светлана Тихановская, Вильнюс, Литва, 22 июня 2025 года. Фото: "Зеркало"
Сергей Тихановский и Светлана Тихановская, Вильнюс, Литва, 22 июня 2025 года. Фото: «Зеркало»

Спустя сутки после освобождения мать Сергея еще не знает, что он на свободе.

— Там цяжкая сітуацыя. Я не ведаю, калі яна зможа даведацца, што ён на волі, — рассказала Светлана Тихановская.

Что касается безопасности женщины, которая все еще остается в Беларуси, по словам лидерки демсил, опасения за нее ничем не отличаются от тех переживаний, которые испытывают за своих близких другие беларусы в эмиграции.