27 августа стала известна дата начала заочного рассмотрения по делу основателя «Нового зрения» Олега Ковригина. Заседания стартуют 23 сентября в Минском городском суде, а дело будет рассматривать судья Анастасия Попко. Напомним, бизнесмена обвиняют по десяти статьям Уголовного кодекса. Вместе с ним перед судом предстанут еще четверо сотрудников компании — в том числе бухгалтер и директор. Рассказываем подробности.
В чем обвиняют сотрудников «Нового зрения»?
Марину Боярчук обвиняют по двум статьям:
- ч. 2 ст. 243−1 (Уклонение от исполнения обязанностей налогового агента по перечислению налогов, сборов, повлекшее ущерб в особо крупном размере);
- ч. 2 ст. 243−3 (Уклонение от уплаты страховых взносов, повлекшее ущерб в особо крупном размере).
Татьяну Ярмольчик, Елену Ворошкевич и Александра Соловьева — также по двум:
- ч. 6 ст. 16 и ч. 2 ст. 243−1 (Пособничество в уклонении от исполнения обязанностей налогового агента по перечислению налогов, сборов, повлекшее ущерб в особо крупном размере);
- ч. 6 ст. 16 и ч. 2 ст. 243−3 (Пособничество в уклонении от уплаты страховых взносов, повлекшее ущерб в особо крупном размере).
Им грозит до семи лет лишения свободы.
— Судить будут Марину Боярчук — это главный бухгалтер, Елену Ворошкевич — финансовый директор. Александр Соловьев — это директор предприятия. Он стал им уже в период ликвидации «Нового зрения». Даже главную медсестру Татьяну Ярмольчик обвинили, — рассказал «Зеркалу» Ковригин. — По большому счету, это уголовное дело я расцениваю как политическое преследование именно меня. Цель — похитить средства и здания иностранных инвесторов. Но меньше в этой ситуации я думаю о себе. Мне в первую очередь жаль людей, которые оказались непосредственно в лапах у этих преступников. Я ожидаю «покаянных» видео. Как это все делается, мы прекрасно все понимаем.
По словам предпринимателя, сотрудники «Нового зрения» не находились под стражей. Ковригин говорит, что все они были вынуждены работать со следствием «в полном объеме».
— Это подразумевает, что они полностью выполняли все распоряжения и подписывали протоколы под диктовку. Тех специалистов, которые отказывались говорить неправду, помещали под арест. И это не один человек, — объясняет бизнесмен. — Скорее всего, этим четверым сотрудникам обещали, что они не будут осуждены на реальные сроки. Взамен им предложили оговорить меня. Мол, так как я живу за границей, мне ничего не будет (стандартная абсолютно практика для следственных органов Беларуси). Но боюсь, что их обманут.
Конечно, хочется надеяться, что все же их не посадят, потому что эти люди ни в чем не виноваты. Многие из них пережили сильнейший стресс. Насколько я знаю, бухгалтер серьезно заболела после всего этого. Я хочу, чтобы у всех сотрудников, которые будут участвовать в этих судебных заседаниях, хватило сил вынести это. И по возможности буду помогать, чем смогу.
Сам бизнесмен для своей защиты адвоката нанять не смог. Говорит, что никто за его дело не брался, так как «мало кто хочет рискнуть лицензией». С назначенным государством защитником он тоже не общался. По крайней мере, тот с ним еще не связывался.
— Я не обладаю никакой информацией. О дате суда я узнал вообще из прессы, — говорит Олег Ковригин. — Повторюсь, я оцениваю это дело как политическое. Я думаю, что на моем примере они хотят показать остальным, мол, видите, какой он. Мы предлагали ему сотрудничество? Предлагали, и не раз. Вступить в наши торжественные ряды, пройти строем там, и, поправь свою совесть, что-то говорить иначе. Он же отказался. Видите, как мы с ним поступили? Забрали все, что можно забрать у предприятия, с которым он работал как консультант. И вот что сделали с людьми, которые с ним работали. Имейте в виду, если вы будете сотрудничать с такими людьми, у вас будут огромные проблемы. Получите реальные сроки, а мы отпустим вас тогда, когда мы захотим, или убьем в тюрьме (что уже случалось).
— Как только будет сменена власть в Беларуси, моментально это дело будет пересмотрено, и там все рассыплется на части, — добавляет Ковригин. — И уже никто не будет верить словам силовиков и судей, которые будут говорить, что не ведали, что творили. Они понесут заслуженное наказание.
Каким будет приговор суда, бизнесмен предсказывать не берется. Однако у него есть версия, кому могут отойти медцентры «Нового зрения». Он считает, что это может быть компания Voka, которая тоже занимается офтальмологией.
Напомним, в одном из интервью «Зеркалу» Олег Ковригин рассказывал, что после прихода силовиков к нему с предложением «решить вопрос» звонил директор по развитию этой компании. В Voka, к слову, работает старший сын сенатора и главы Республиканского клинического медцентра Ирины Абельской. Именно ее считают мамой младшего сына Александра Лукашенко.
