На прошлой неделе в Беларуси задержали российского комика Артемия Останина. Адвокат Останина рассказал, что беларусские силовики били его дубинками и пытали электрошокером. О том, зачем они применили насилие к гражданину другого государства, в новом выпуске шоу «Как это понимать» обсудили политический аналитик Артем Шрайбман и журналист Глеб Семенов.
— В России Артемий Останин неудачно пошутил о попрошайке в метро. Это возмутило местных патриотов. В результате комик попытался покинуть родину, но был задержан в Беларуси. По рассказу адвоката, перед тем как мужчину отправили на родину, силовики нашей страны его жестоко избили, в результате чего пострадавшему потребовалась медицинская помощь. Эта история стала публичной. Если это была показательная порка, то на какую аудиторию она рассчитана? Зачем допускают избиение иностранного гражданина? Ведь это уже какой-то международный инцидент, — поинтересовался Глеб Семенов.
— Думаю, они видят стандарты обращения с теми, кого можно назвать врагами российского режима и его идеологических установок. Врагов этого дискурса не жалеют и в самой России. Если бы речь шла, предположим, о человеке, который бежал от правосудия за коррупцию, мошенничество и что-то такое, полагаю, здесь бы они так себя не вели. В случае с Останиным они знают: этих людей ждет похожее обращение в РФ, вполне возможно, пытки. В тюрьмах соседней страны за последние годы при невыясненных обстоятельствах тоже погибло немало политических заключенных. Просто этой информации чуть меньше в нашей повестке. Буквально недавно читал новость о смерти [участника] «Свидетелей Иеговы». В РФ членов этой организации считают политзаключенными, потому что их осуждают по экстремистским статьям.
Они видят: в России, в принципе, такое насилие тоже нормализовано. Можно вспомнить, как местные силовики обращались с подозреваемыми в теракте в «Крокус Сити Холле» год назад. Тогда задержанному на камеру отрезали [часть] уха (и заставили съесть. — Прим. ред.). Их сегодняшняя силовая машина не очень далеко ушла от ГУБОПиК (а в вопросах вроде обращения с украинскими военнопленными явно переплюнула).
Думаю, здесь просто такая синергия, и с ним (речь об Останине. — Прим. ред.) точно так же могли бы поступить потом в России. Но сделали это в Беларуси. Наверное, чтобы преподать урок, мол, не надо пытаться бежать в нашу страну от своего правосудия. Тут вас ждет как минимум такое же, а может быть, еще и более сильное избиение.
— С одной стороны, власти вроде как выстраивают образ страны, в которой обвинения в милицейском беспределе — это фейки деструктивных СМИ. С другой — силовики избивают иностранного гражданина. Возможно, цинично прозвучит, но репрессии в отношении своих — это уже часть рутины. Да, люди за границей знают, что у нас жестоко, но общо. А здесь иностранный гражданин после избиения дает на родине интервью, комментарии журналистам и адвокатам. Они делают эту историю гораздо более масштабной, чем она могла бы стать в случае репрессий по отношению к беларусу. Это разрушает пропагандистскую картинку о том, что у нас все хорошо, стабильно, возвращайтесь все на родину.
— Я не вижу здесь большого репутационного риска. Это произошло, и что изменилось для беларусской власти? Какие-то последствия наступили?
— Может, больше людей, которые еще решали, стоит ли вернуться, передумали?
— Мне кажется, таких людей немного. И самое главное, ГУБОПиК вряд ли работает для того, чтобы завлекать кого-то обратно. У него все-таки другая функция.
Важно понимать, такие решения принимаются на месте конкретными силовиками. А они считают, мол, так преподать тот или иной урок будет эффективно. Не думаю, что у этих людей есть внутриведомственный KPI (числовые показатели, которые помогают оценить качество и результат работы. — Прим. ред.) по тому, как их действия отразятся на репутации страны.
И самое главное, повторюсь, мы уже давно прошли ту стадию, в которой власти даже на уровне политического руководства всерьез волновались о правовой репутации. В каком-то смысле часть режима вполне может быть заинтересована, чтобы люди типа этого комика не рассматривали Беларусь как хорошее место для путешествий.
Ну а насчет возвращения. Аргументов, чтобы этого не делать, столько… Даже по признаниям Генпрокуратуры, за два года работы комиссии этим каналом воспользовалось человек 20. Мизер по сравнению с амбициями этого органа. Поэтому, думаю, тут были абсолютно другие приоритеты. И основной из них локальный: показать конкретному человеку и ему подобным, что бывает, если думаешь, что можешь убежать через Беларусь.
Что известно об Артемии Останине?
На Артемия Останина завели уголовное дело по статье о возбуждении ненависти, вражды и унижении человеческого достоинства (ст. 282 УК РФ), пишет «Медиазона». В пресс-релизе Следственного комитета говорилось, что Останин на концерте 15 марта в Москве высказывал «враждебные комментарии в адрес лиц, получивших увечья и утративших трудоспособность».
На комика написали донос активисты организации «Зов народа». Они обратили внимание на шутку о безногом человеке, попрошайничающем в московском метро, и предположили, что ноги тот потерял на войне в Украине.
Комик в разговоре с «Осторожно, новости» уточнил, что речь шла не об участнике «специальной военной операции», а о «попрошайке в метро, который катается без ног на скейте уже лет как 20».
После того как комика вернули в Россию, он просил следственные органы РФ провести проверку по факту его избиения беларусскими силовиками. При этом он подчеркнул, что власти родной страны его не трогали, физическую силу не применяли, в этой части он претензий не имеет.
Замминистра внутренних дел Геннадий Казакевич тут же опроверг применение насилия со стороны своих сотрудников.
Читайте также:
