Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Врача-невролога Руслана Бадамшина приговорили к 2,5 года лишения свободы — «Белые халаты»
  2. Экс-журналистка и сторонница Лукашенко, просившая донаты на еду, оказалась дочерью сотрудника КГБ. У него даже есть паспорт прикрытия
  3. На рынке недвижимости в Минске — перемены: нетипичная ситуация с однушками и квартирами большой площади
  4. Могли ли радиолюбители подключиться к закрытым каналам связи силовиков и получать секретную информацию — спросили у экс-сотрудника МВД
  5. Крупный телеграм-канал и все его страницы в соцсетях признали «экстремистскими»
  6. «Win-win». Спросили у аналитика, какие последствия будет иметь для Беларуси назначение экс-руководителя ГУР главой Офиса президента Украины
  7. Топ-чиновника, который, по словам Лукашенко, должен был «не на ногах ходить», а «на руках или голове», отправили в отставку
  8. Путин открыто заявил, что соглашение по Украине невозможно без реструктуризации НАТО, которая фактически означает разрушение альянса — ISW
  9. «Ни на террориста, ни на разжигателя Андрей похож не был». Федута — о политзаключенном, который был найден повешенным в колонии
  10. Режиссер Курейчик заявил, что Тихановский переехал в США и забрал с собой детей. Что ответила лидерка демсил
  11. «Можно было понять, где едет кортеж». Протасевич рассказал о раскрытии «крупной сети радиошпионов»
  12. Беларусам до 27 лет для получения паспорта потребуется справка из военкомата
  13. В Беларуси объявили внезапную масштабную проверку Вооруженных сил
Чытаць па-беларуску


Представитель BelPol Владимир Жигарь до событий 2020 года работал в милиции, а потом уехал за границу. Он рассказал «Радыё Свабода» о том, как участвовал в охране Лукашенко во время приезда политика в Гомель.

Александр Лукашенко 24 июля 2020 года во время визита в 5-ю отдельную бригаду специального назначения в Марьиной Горке. Фото: пресс-служба Лукашенко

Владимир Жигарь — один из основателей организации бывших силовиков BelPol. До событий 2020 года он работал оперуполномоченным уголовного розыска Мозырского РОВД. Потом присоединился к команде «Страны для жизни». С 2020 года — в эмиграции.

— За время моей работы в Мозыре Лукашенко в город не приезжал, но дважды приезжал в Гомель. Один из тех случаев, когда он встречался с президентом Украины Петром Порошенко (встреча состоялась в октябре 2018 года во время Форума регионов Беларуси и Украины. — Прим. «Радыё Свабода»). И тогда всех сотрудников [милиции] области собрали в одном городе встречать так называемое ВДЛ (высшее должностное лицо).

Жигарь говорит, что это было «сомнительное удовольствие», но ездили все милиционеры.

— В три часа ночи ты приезжаешь в РОВД, огнестрельное оружие никому не выдают, а только палки резиновые. Затем на автобусах централизованно привозят в Гомель, где каждому сотруднику выдается предписание, где он должен находиться. Часам к 7−8 утра тебя привозят на «пункт», где ты должен находиться, и говорят: «Ну все, ждем». Ты спрашиваешь: «А когда, собственно, придет?» — «Ну, может, часа в четыре», — отвечают. «А что мне делать до этого времени?» — «Не знаю, ходи». Мне ходить сто метров туда, сто метров назад, вы серьезно?

При этом сотрудники милиции не могут никуда спрятаться, сходить в туалет или пообедать, поскольку постоянно ездят проверяющие, которые фиксируют, находятся ли сотрудники на своих местах.

— И вот он (Лукашенко. — Прим. «Радыё Свабода») едет, его везут по определенному маршруту. Потом едет назад, садится на вертолет и улетает. Когда вертолет исчезает, по радиостанции идет команда «Отмена». Все сотрудники могут расслабиться, их забирает автобус, везет к месту сбора, ты пересаживаешься на свой автобус. Если есть что поесть, то ешь и идешь к себе домой. А утром, и неважно, во сколько ты приехал, ты должен быть на работе и выполнять свои повседневные задачи, которых и так много, а становится еще больше за день отсутствия.

Владимир Жигарь говорит, что только из одного Мозыря в Гомель приезжало два автобуса с милиционерами. Приезжали сотрудники МВД и из других райцентров.

— Собирают много, очень много. И это, кстати, тоже хороший показатель. Когда стоишь и смотришь на все это действо, понимаешь, что человек, у которого якобы столько поддержки, как он сам себе пишет, так боится людей. Просто же рядом никто не ходит, машины не ездят, припаркованные авто проверяют, опечатывают люки, опечатывают крыши, подвалы. Если у человека такая популярность, разве он должен так бояться своего народа? В принципе, он должен ходить по улице среди людей, и никто его не должен трогать, — считает представитель BelPol.