Омбудсмен по правам человека Марцин Вёнцек обеспокоен длительной и сложной легализацией иностранцев в Польше. В некоторых воеводствах ожидать ВНЖ можно годами. А в Силезском воеводстве один заявитель ждал решения почти 7 лет и 5 месяцев. Наиболее проблемный регион — Нижнесилезское воеводство. Беларуски Карина и Полина (имена изменены) живут здесь уже несколько лет. Два года назад они подали заявления на карту побыта, но пока так и не легализировались. MOST узнал у них, как жить в Польше без ВНЖ.
Не съездить к родным, не получить социальной стипендии
Карина переехала в Польшу в сентябре 2022 года. Беларуска сразу же подала заявление на постоянный ВНЖ (карту «сталого побыта»): у нее есть польские корни.
— Я не думала, что буду так долго ждать. Сама интересовалась у знакомых, смотрела отзывы в интернете, и чаще всего люди говорили, что понадобится максимум год. Ну в сложных случаях — полтора, — рассказывает беларуска.
Самая главная проблема для Карины в том, что, пока она ждет ВНЖ, не может съездить в Беларусь навестить родных. Ведь тогда у нее не будет возможности вернуться в Польшу. Теперь девушка пытается сделать визу для мамы, чтобы увидеться уже в этой стране.
— Очень тяжело не иметь возможности хотя бы ненадолго увидеть семью, — отмечает Карина.
Сейчас беларуска учится на третьем курсе университета. При поступлении она надеялась, что за год получит документы и сможет податься на социальную стипендию. Однако без ВНЖ или карты поляка (у Карины ее нет) претендовать на этот тип стипендии девушка не может.
— Первое время мне, как могли, помогали родители. Но потом с этим возникли сложности, так как моя мама — простая учительница в школе.
Чтобы оплачивать общежитие и откладывать деньги, девушка уже четыре месяца вынуждена совмещать учебу с работой на складе.
«Я на финишной прямой — осталось дождаться решения инспектора»
У Карины нет медицинской страховки, а посещать врачей платно она не может себе позволить. Девушка надеется, что, легализовавшись, сможет поехать домой и там обойти всех врачей.
Карина добавляет, что поначалу ей было сложно смириться с положением, в котором она оказалась.
— Но я борюсь. Хожу в «ужонд», спрашиваю, как дела с моим делом. Толку, конечно, маловато — пожимают плечами и говорят ждать, продвижений никаких нет. Но сейчас я на финишной [прямой] — осталось дождаться решения инспектора, собеседование с которым было семь месяцев назад. В любом случае неразрешимых проблем нет, — говорит Карина.
Многим беларусам без ВНЖ сложно открыть счет в банке, но Карина пока справляется. Еще в 2022 году девушка открыла счет в польском Santander.
— Летом этого года мне сообщили, что приложение будет недоступно, потому что у них нет моих документов о легализации. Но, как оказалось, зря меня напугали — все прекрасно работает до сих пор.
«Не можем отдать ребенка в продленку»
В сентябре 2022 года Полина вместе с мужем и ребенком подалась на временный ВНЖ («побыт часовы») по гуманитарным основаниям. В «ужонде» (местной администрации) семье сообщили, что ВНЖ они получат в лучшем случае в середине 2025 года.
Главная сложность, с которой столкнулись беларусы из-за отсутствия легализации, — невозможность отдать детей в продленку.
— Так как продленки находятся на государственном субсидировании, отдавать туда ребенка можно, только если он легализован. При ожидании документов ребенка можно отдать в продленку только на два месяца, но по истечении этого срока — все. Я подавала тысячу заявлений и просьб, в которых объясняла, что нам не с кем оставить ребенка. Летом мне даже пришлось уволиться с работы, чтобы сидеть с ним, — рассказывает Полина.
Беларуска отмечает, что в Польше работает католический фонд Caritas, который оказывает поддержку наименее защищенным социальным группам: людям с инвалидностью, пожилым, детям и матерям-одиночкам. Caritas также предоставляет продленку, но и там Полине отказали.
— Туда тоже нужна «карта побыта», причем не только у ребенка, но и у родителей тоже. Поэтому, когда я туда обратилась, мне сказали, что ничем не могут помочь, — рассказывает беларуска.
«На работе меня уже подозревают»
Ситуация с легализацией зашла настолько далеко, что на работе Полина уже сталкивается с недоверием. Работодатель и коллеги думают, что беларуска получила отказ в ВНЖ и просто не хочет в этом признаваться.
— На работе меня уже подозревают. Мне приходится чуть ли не каждый месяц обращаться в «ужонд» и платно запрашивать у них подтверждение, что я подавала заявление, — отмечает беларуска.
Пока у Полины нет ВНЖ, она не может покидать Польшу.
— Отпуск, конечно, наболевшее. Все коллеги едут отдыхать за границу, а ты идешь гулять по городу. Хочется хоть раз выехать в Европу, — делится беларуска.
«Кажется, ситуация только ухудшается»
Полина добавляет, что большинство ее знакомых беларусов, проживающих в Нижнесилезском воеводстве, находятся в подобной ситуации. Некоторые из них судились с «ужондом». Но, даже выигрывая дело, получить документы быстрее они не могли.
— Мне кажется, ситуация только ухудшается. Знаю случаи, когда люди ждут документы по три года с момента фактической подачи заявления. При этом я не понимаю, почему такие сроки у тех, кто подается по гуманитарным основаниям — там ведь только «внесек» (заявление. — Прим. MOST). Как будто это все делается специально.