«Абсурд». Поговорили с с экс-журналисткой госСМИ Ксенией Луцкиной, обвиненной в попытке захватить власть«Я „виновата“ в событиях, которые происходили на Белтелерадиокомпании, участии в Координационном совете. Но самый главный „грех“ — это попытка создания альтернативного телевидения».
«В тюрьме и после тюрьмы политзаключенные для государства — не люди». Сергей Антусевич — о колонии, СИЗО и черной метке после зоны«Для меня было довольно неприятным открытием то, что был полностью обнулен весь мой социальный капитал. Я стал для системы никем, точнее, преступником, зеком».
«Вышел, был в шоке». Экс-политзаключенный рассказал «Зеркалу» об условиях в колонии, где сидят некоторые «рельсовые партизаны»«Сидишь в этом стрессе, в паранойе какой-то, боишься звонков в дверь, шорохов. А тебе говорят: „давайте попробуем вот так“, потом „давайте подождем“, „скоро все будет“. Думаешь: ну что, за четыре года нельзя было что-то наладить нормально?»
«Чалавек проста перастае хацець жыць». Полина Шарендо-Панасюк рассказала, как ее доводили до обдумывания суицида в колонии«Цела выходзіць, а розум, псіхіка яшчэ там».
Как отбывают сроки свидетель убийства Геннадия Шутова и журналист Ивашин? Рассказал экс-политзаключенный, сидевший в ИК № 15Собеседник «Зеркала» также находился в одном отряде с осужденным по делу группы «Буслы ляцяць», якобы готовившей теракт в 2021 году, Алексеем Иванисовым.
«Сейчас меня в лес вывезут, расстреляют и закопают». Интервью с экс-политзаключенной, которую заставили покинуть Беларусь«Мы вышли на связь только вчера, не очень хорошо с ней переписывались. Она и слышать даже не хочет про меня. Я расстроился, конечно. Но, кроме этого, с детьми все хорошо».
«Чего это ты из своей страны для жизни вернулся?» История беларуса, которого задержали после возвращения из ПольшиЗадержания беларусов по возвращении из Польши и сразу на границе продолжаются, поэтому Артур просит не повторять его ошибку.
«Женя, у нас трое детей, а у тебя такая статья. Больше не пиши». Экс-политзаключенный — о том, как не узнал Минск после колонииПосле выхода на свободу друзья из «прошлой» жизни отвернулись, но рядом оказались и поддержали те, с кем он познакомился в могилевской колонии.
«Когда озвучили приговор, подумала: „Охренеть, три года“». Бывшая политзаключенная рассказала, что переживала в неволеВетеринара-анестезиолога-реаниматолога Яну Журавлеву задержали прямо на работе, дали «сутки», а потом возбудили уголовное дело и приговорили к трем годам заключения за участие в протестах 2020 года.
За участие в протестах начнут судить целую семьюКогда были задержаны члены семьи Лепешко, не сообщается. Информации о них в базах правозащитных организаций нет.
«Паліна на волі». Муж политзаключенной Шарендо-Панасюк сообщил об освобождении жены«Самы лепшы дзень! Паліна на волі».
Политзаключенного Николая Статкевича выдвинули на Нобелевскую премию мираВыдвижение сделал литовский евродепутат Пятрас Ауштравичюс.
Политзаключенных Лосика, Кузнечика, Карнея и Зенковича, вероятно, перевели в СИЗО КГБ. Спросили у юриста, с чем это может быть связано«Мы не понимаем, почему сейчас их всех вместе (или не вместе) держат в следственном изоляторе КГБ. Ответ знают только власти».
«Согласен с версией, что у Бондаревой есть крыша». Артем Шрайбман комментирует ситуацию в стране и мире в новом шоу «Зеркала»Журналист Глеб Семенов обсуждает с аналитиком Артемом Шрайбманом актуальные события, которые касаются внутренней и международной политики.
На свободу вышла Данута Передня, которую осудили за антивоенный постСообщается, что девушка была освобождена по помилованию.
«Меня мог оскорбить любой, даже самый страшный маньяк или насильник». Блогер Vadimati рассказал о «низком статусе» и прессинге в колонииЕще когда блогер отбывал административный арест, силовики шантажировали его видео, снятым скрытой камерой в собственной квартире.
«Появилась практика на, скажем так, снижение накала». Соратник Бабарико прокомментировал «Зеркалу» его встречу с Протасевичем«На фото видно, что Виктор Дмитриевич что-то пишет. Насколько нам известно, он не писал никаких официальных обращений, заявлений, не подписывал какие-либо документы».
Правозащитница назвала самые массовые политические статьи 2024 года. Угадайте, что на первом местеБольше всего политзаключенных находится в гомельской женской колонии — 115 человек. На втором месте — колония № 15 в Могилеве: там содержатся 104 заключенных по политическим мотивам. Замыкает тройку «лидеров» колония № 1 в Новополоцке с 87 политзаключенными.